А. Браудо
Об органной и клавирной музыке

Знания отдельных формул недостаточно: исполнитель тогда уподобляется шахматисту, усвоившему некоторые дебютные ходы. Для мастера цепь ходов в процессе движения представляется одним связным элементом. Фактурные типы не существуют в музыке раздельно, как изолированные формулы. Они живут в музыкальной речи, и исполнитель должен понять их действительное сосуществование в реально звучащей музыке. Ведь что может сделать пианист в воссоздании клавесинного искусства на фортепиано, если он лишь робко разбирается в фактурных формулах?
Следовательно, их знание — первый шаг пианиста к овладению закономерностями клавесинного искусства.
{65} 2. Надо уметь слышать эти фактурные закономерности. Знать — это еще не значит слышать. Слух есть своеобразный орган познания, и можно великолепно слышать и целое и ряд его элементов, но все же не уметь услышать определенных, скрытых в целом закономерностей (именно услышать, а не только знать).
3. Нужно знать приемы, которыми можно воспроизвести на клавиатуре те или иные фактурные формулы, типы — воспроизвести определенным мускульным (механическим) движением или осмысленно-звуковым. Пианист должен овладеть физическими движениями, способными вызвать к жизни звучащую фактуру.
4. В работе над старинной музыкой пианист погружается в мир идей баховского искусства, и он должен понимать путь осуществления этих идей в конкретных фактурных приемах и типах. Этот тезис не является тавтологией предшествующих. В данном случае подразумевается следующее: чтобы овладеть техникой исполнения старинной музыки, надо отчетливо представить себе неразрывность связи образно-содержательного с технически-исполнительским.
Высказанные положения выглядят, быть может, несколько схематично, но всмотримся, как они действуют в реальной исполнительской практике.
При первом же взгляде окажется, что все четыре предпосылки тесно между собой переплетены.
Вдумаемся сначала в соотношение знания и слуха. Указывалось, что слышать музыку вообще и даже любые ее элементы значит не только уметь вслушиваться в фактурные закономерности; ведь слушать музыку — это значит уметь и синтезировать и анализировать, причем одновременно (Речь идет по преимуществу о воспитании ученика и о работе исполнителя над произведением.). Столь сложное сочетание анализа и синтеза основано на тренировке внимания, концентрирующего и разъединяющего. Ибо развитое знание фактурных форм не только в типических случаях, но и во всех сложных пограничных и переходных формах, существующих в практике, оказывается сильнейшим стимулом для развития слуха, ориентирующегося в мелодической фактуре. Далее оказывается, что слух связан не только со знанием исполнителя, но в сильной степени — с движением его рук. И эта последняя связь весьма многообразна.
Прежде всего вслушаемся в свою собственную игру. Для развития фактурного слуха поначалу необходимо накопление опыта, плодотворного только в том случае, если фактурные формулы правильно звучат. Но как этого добиться? Осознания внутренним слухом

1 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 116